– Ты не мутант.
Девочка топнула левой ногой оземь, на что ортопедический аппарат ответил слабым дребезжанием. Подняла левую руку, доказывая правоту своих слов: мизинец и четвертый палец срослись вместе, а со средним, шишковатым обрубком, их соединяла перепонка.
Ранее Микки не заметила этого дефекта развития.
– У каждого есть свои недостатки, – попыталась она успокоить девочку.
– Это тебе не большой шнобель. Я – или мутант, или калека, а калекой я быть не желаю. Люди жалеют калек, а вот мутантов они боятся.
– Ты хочешь, чтобы люди тебя боялись?
– Страх предполагает уважение.
– Знаешь, по моей шкале страха ты пока высоко не поднялась.
– Дай мне время. У тебя потрясающее тело.
– Да, пожалуй, от природы я – большой пудинг, – в смущении ответила Микки: от ребенка ей такого слышать не доводилось. – Мне приходится много работать, чтобы поддерживать форму.
– Нет, не приходится. Ты родилась идеалом, а обмен веществ у тебя настроен, как гироскоп космического корабля. Ты можешь съесть полкоровы и выпить полбочки пива, но твоя талия не изменится ни на миллиметр.
Микки не могла вспомнить, когда в последний раз реплика собеседника лишала ее дара речи, но тут она не сразу смогла продолжить разговор.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, – заверила ее Лайлани. – Ты не бегаешь, не делаешь зарядку…
– Я хожу в тренажерный зал.
– Да? И когда ты заглядывала туда в последний раз?
– Вчера, – солгала Микки.
– Да, да, – покивала Лайлани. – А я всю ночь протанцевала, – она снова топнула левой ногой, вызвав дребезжание железа. – Если у человека отменный обмен веществ, стыдиться тут нечего. Это не лень или что-то в подобном роде.
– Спасибо за добрые слова.
– И буфера у тебя настоящие, не так ли?
– Девочка, с тобой не соскучишься.
– Приятно слышать. Наверняка настоящие. Даже лучшие имплантаты не выглядят так естественно. Если только имплантационные технологии не выйдут на качественно новый уровень, моя единственная надежда – отрастить красивые буфера. Можно быть мутанткой и все равно привлекать мужчин, если у тебя красивые буфера. Я это заметила. Мужчины, конечно, милые существа, но в некоторых аспектах они абсолютно предсказуемы.