– Теперь ты в банде с большим будущим.

Пасть змеи на внушительном кулаке широко раскрылась. Его обладатель рассмеялся.

– Ты мне нравишься, Фаррел.

– Я всем нравлюсь.

– Ты можешь не одобрять методы конгрессмена, но у него есть идеи, которые всех нас сблизят.

– Цель оправдывает средства, так?

– Видишь, в тебе опять говорит злость.

Ной допил пиво.

– Такие парни, как ты и конгрессмен, предпочитали прятаться за спиной Христа. Теперь это психология и самооценка.

– Программы, отталкивающиеся от Христа, получают слишком мало средств налогоплательщиков, чтобы даже изображать благочестие. – Громила выскользнул из-за стола, выпрямился во весь рост. – Ты же не собираешься взять деньги и не выполнить обещанного, так? Ты действительно задуришь голову его жене?

Ной пожал плечами:

– Она все равно мне не глянулась.

– Худосочная сука, не так ли?

– Сухая, как галета.

– Но для мужа она – пропуск в высшее общество. Значит, ты уйдешь отсюда и сделаешь все, что положено?

Ной вскинул брови:

– Что? Ты предлагаешь… ты хочешь, чтобы я отдал этот пакет с деньгами копам и подал на конгрессмена в суд?

На этот раз пацифист не улыбнулся.

– Наверное, мне следовало сказать: поступишь по-умному.

– Я просто хотел уточнить, – заверил его Ной.

– Как бы эти уточнения не привели тебя в гроб. – Змееносец развернулся и, покачиваясь, двинулся к выходу из таверны, демонстрируя всем желающим мастерство татуировщика.

Сидящие у стойки и за столиками ковбои повернулись, подгоняя его взглядами. Будь они истинными всадниками пурпурной зари, а не специалистами по компьютерным сетям и торговцами недвижимостью, один из них из принципа дал бы ему пинка.

Когда за пацифистом закрылась дверь, Ной попросил несостоявшуюся Минни повторить заказ.